Дворкович топит рубль, как Герасим - Муму

Курс национальной валюты — «тонкая сфера», поддающаяся регулированию, но действовать надо «крайне аккуратно, имея в виду разнонаправленные интересы участников экономических процессов», отметил глава государства. Иначе — если попытаться регулировать курс нерыночными способами — это создаст риски для экономики страны.

Ранее, в Красноярске, глава Минэкономразвития Максим Орешкин высказал мнение, что платежный баланс РФ значительно снизится уже во II-III кварталах, что приведет к ослаблению рубля.

«Был сезонный сильный платежный баланс, был приток капитала в первом квартале. Это привело к отклонениям. Во втором-третьем квартале платежный баланс будет существенно хуже, и рубль естественным образом скорректируется», — предсказал Орешкин.

Он напомнил, что Минэкономразвития заложило в базовый вариант прогноза ослабление нацвалюты к концу 2017 года до 68 рублей за доллар — правда, при снижении цены на нефть до $ 40 за баррель. Если же цены на «черное золото» останутся на текущем уровне, то, по мнению Орешкина, доллар на конец 2017 года будет стоить 62−63 рубля.

Заметим: правительство уже несколько месяцев пытается обосновать мысль, что рубль переукрепился относительно равновесного значения. Так, министр финансов РФ Антон Силуанов еще в середине марта заявлял, что, по оценке Минфина, рубль переукреплен на 10−12% от фундаментальных значений.

Что будет с курсом рубля, как скажется ослабление нацвалюты на росте экономики РФ?

— Ко всем оценкам по поводу переукрепленности рубля и желательности его ослабления следует относиться с осторожностью, — отмечает руководитель направления «Финансы и экономика» Института современного развития Никита Масленников. — В этих оценках всегда прослеживаются интересы противоборствующих сторон — экспортеров и импортеров. К этому примешивается спрос на российские активы, плюс цена нефти. Именно поэтому Путин воздержался от каких-либо четких указаний по поводу курса рубля.

Есть еще важный момент. Дискуссии об ослаблении ведутся в условиях предвыборного года. Между тем, для большинства граждан России курс рубля является едва ли ни главным индикатором благополучия в экономике. При таком раскладе крутое пике курса недопустимо — с политической точки зрения.

Неслучайно и Минфин, и Минэкономразвития свои оценки переукрепленности рубля в последнее время заметно поумерили.

«СП»: — Насколько адекватна оценка равновесного курса Аркадия Дворковича?

— Банк России, замечу, воздерживается от прогнозов равновесного курса, и вот почему. Моделей такого курса несколько, и все они показывают разные результаты. Так происходит, поскольку в эти модели нужно закладывать не только темпы роста национальной экономики, которые меняются согласно ожиданиям, но и динамику нефтяных цен, а также динамику спроса на российские активы. Последние два фактора предсказать чрезвычайно трудно.

Что симптоматично, ЦБ РФ может влиять на курс рубля с помощью валютных интервенций, но сейчас он их не проводит. Интервенции проводит Минфин РФ, когда направляет дополнительные нефтегазовые доходы в золотовалютные фонды, но влияние этих интервенций на курс нацвалюты незначительно.

Словом, Банк России предпочитает действовать крайне аккуратно, и никакой планки в 60 рублей за доллар достичь не пытается. Почему же об этом говорит Дворкович?

Ответ, я считаю, кроется в функциях вице-премьера. В правительстве Дворкович курирует нефтедобычу и аграрный сектор. Между тем, аналитики как нефтяных компаний, так и Минсельхоза не раз заявляли, что курс 60 рублей за доллар — то, что им нужно, чтобы держаться на плаву, и даже улучшить показатели прошлого года.

Дворкович озвучил эти ожидания на более высоком уровне — только и всего. По сути, при таком подходе параметры курса берутся «с потолка». Но с другой стороны, если ожидания укореняются, всегда есть вероятность, что именно они и сбудутся.

«СП»: — Что необходимо, чтобы это произошло?

— Дворкович прав, когда говорит, что рубль будет плавно слабеть по мере снижения ЦБ ключевой ставки. Напомню: в пятницу, 28 апреля, Банк России как раз собирается понизить ставку. Интрига только в том, насколько сильно он ее снизит — на 0,25% или на 0,5%. Большинство аналитиков считает, что ставка будет снижена минимально. Соответственно, толчок к ослаблению нацвалюты также будет очень небольшим.

Для достижения курса 60 рублей за доллар этого мало. Чтобы «попасть на 60», я считаю, России не нужно участвовать в продлении соглашения со странами ОПЕК по ограничению добычи нефти, которое намечено на май текущего года. В результате такого демарша РФ цены на «черное золото» почти наверняка бы пошли вниз, а вслед за ними ослабел бы и рубль.

Но это весьма рискованный сценарий, который чреват бегством капитала из России и увеличением бюджетной напряженности как раз накануне президентских выборов. Потом, совершенно неясно, насколько может упасть рубль, чтобы Банк России удержал заданную планку инфляции — 4% в год. При долларе свыше 60 рублей, я считаю, риск роста инфляции становится весьма значительным. А за это президенту не скажут «спасибо» ни работающие избиратели, ни пенсионеры.

Поэтому, на мой взгляд, бабушка надвое сказала, к какому курсу рубля нам следует стремиться.

«СП»: — Более слабый рубль помог бы экономике России выбраться из рецессии?

— Я считаю, даже при несколько слабеющем рубле рост ВВП России в 2017 году останется в пределах 1−1,5%. МВФ, напомню, предсказывает российской экономике рост в 1,4% ВВП. Я же считаю, он будет скромнее — около 1,2%. И слабым рублем структурные ограничители роста, которые у нас имеются, не убрать и не исправить.

Добавлено: 28-04-2017, 13:57
80

Похожие публикации


Наверх