Киев: «Мы слезем с ядерной русской иглы»

Когда в октябре 2016 года Верховная Рада дала «добро» на строительство сухого хранилища, министр энергетики и угольной промышленности страны Игорь Насалик прочувственно благодарил депутатов. «Каждый год Украина платила $ 200 млн. за утилизацию отработавшего ядерного топлива. Начиная с 2017 года, мы эти средства платить не будем, поскольку теперь имеем свое хранилище», — говорил Насалик.

И хотя со строительством тогда не сложилось, платить Украина действительно на какое-то время перестала. В мае 2016 года директор по государственной политике в сфере обращения с РАО (радиоактивные отходы) и ОЯТ Росатома Олег Крюков сообщил, что Росатом отложил вывоз ОЯТ из Украины из-за неплатежей. Плюс к тому, Россия прекратила поставки ядерного топлива для нужд АЭС Украины.

Киев, который к тому времени столкнулся с энергетическим кризисом, «ядерной блокады» не вынес, и оперативно возобновил платежи.

Что, однако, характерно, радость Насалика по поводу сухого хранилища не разделили европейские партнеры «незалежной». Представители ведущих организаций европейской атомной промышленности выразили обеспокоенность планами Украины, поскольку проект хранилища, по их мнению, противоречит нормам ядерной безопасности и создает риски аварий.

Надо думать, пугает Европу не само ядерное хранилище, а страна, в которой его собираются возводить. В которой, например, мэр Львова Андрей Садовый предлагает сделать из Чернобыльской зоны общегосударственный полигон, куда бы свозился мусор со всей страны. А депутаты фракции Радикальной партии Олега Ляшко вносят в Раду законопроекты о признании утратившим силу закона «О присоединении Украины к Договору о нераспространении ядерного оружия от 1 июля 1968 года», и требуют восстановить права «незалежной» на ядерное оружие.

Что стоит за желанием Киева диверсифицировать утилизацию, во что может вылиться затея со строительством хранилища на практике?

— Централизованное хранилище ОЯТ в Чернобыльской зоне строят как раз на случай, если в «незалежной» возникнет хаос из-за острейшего энергетического кризиса, связанного с остановкой украинских АЭС, — считает замдиректора ВНИИ атомного машиностроения Игорь Острецов. — Надо понимать: сейчас на Украине действуют четыре АЭС с 15 энергоблоками, доля ядерной генерации в электроэнергетике страны превышает 60%. При этом «незалежная» на 100% сидит на российском ядерном топливе.

Да, в последние годы велись разговоры о поставках на Украину тепловыделяющих элементов (ТВЭЛ) американской фирмы Westinghouse — она вроде бы разработала топливо, пригодное для эксплуатации в российских реакторах, и начала вытеснять «Росатом» из Украины. Но дело не пошло: к настоящему времени Westinghouse продана шведам, и находится на грани банкротства.

Тонкость в том, что даже в ТВЭЛ производства Westinghouse ядерное топливо имело российское происхождение. Получается, Украина критически зависит от России в сфере ядерной энергетики. А теперь — главное.

В 2017 году завершается печально известная программа Гор-Черномырдин, действие которой, по моей информации, продляли на период с 2015 по 2017 годы. Напомню, с 1993 по 2013 год Россия, следуя межправительственному соглашению с США (сделка Гор-Черномырдин), переработала 500 тонн собственного оружейного урана в низкообогащенный уран для американских АЭС, и продала его в Штаты. Российский уран в течение 15 лет обеспечивал производство 10% всей генерированной в США электроэнергии. РФ на этой сделке заработала около $ 12 млрд. Однако по экспертным оценкам, сделанных на основании рассекреченных в 1996 году в США материалов, это намного меньше, чем поставленный из России уран стоил в действительности.

Прекращение программы означает, что уже в текущем году мир — и прежде всего, Америка, — столкнется с острым дефицитом ядерного топлива. Мировая обогатительная промышленность производит ежегодно около 40−50 тысяч тонн урана. Между тем, в мире насчитывается около 400 блоков АЭС. Им для работы требуется примерно 70 тысяч тонн низкообогащенного урана в год. Получается, имеется дефицит в 20−30 тысяч тонн.

Этот дефицит сейчас закрывают «сжиганием» советских ядерных боеголовок. Но как только Россия перестанет их сжигать, перед Москвой встанет вопрос: кому в первую очередь поставлять оставшееся ядерное топливо (его на всех не хватит) — США или Украине?

«СП»: — И кого мы выберем?

— Естественно, США. Да, Америка — наш геополитический противник. Но ведь и Украина в друзьях больше не числится. Нам, кроме того, просто не нужно, чтобы Штаты завтра рухнули. Если американцы останутся без топлива для АЭС, 40% мощностей электрогенерации на Восточном побережье США остановятся. Если такое случится, активы российской элиты в США, надо думать, будут тут же заблокированы.

Нет, Штаты мы будем снабжать ядерным топливом бесперебойно. А вот Украина имеет все шансы остаться без российских поставок.

«СП»: — К чему это приведет?

— Возможно — к хаосу на Украине. Именно с учетом такого сценария, я считаю, принято решение — строить централизованное хранилище ОЯТ в Чернобыльской зоне, чтобы локализовать украинские ядерные материалы в одном месте. Чернобыль находится рядом с Белоруссией, почти на границе. Это значит, при возникновении чрезвычайного положения в «незалежной» Россия сможет взять Чернобыльскую зону отчуждения под свой контроль, чтобы ОЯТ не попало в руки радикалов.

Не исключено, что в этом случае мы действуем заодно с США, и выбор места для строительства хранилища Киев сделал по итогам консультаций с американцами.

Словом, я бы не рассматривал вопрос о строительстве хранилища вне контекста надвигающегося дефицита ядерного топлива. Повторюсь, это хранилище Украине не особо нужно, поскольку не решает проблему энергозависимости от России. Но оно нужно США и Западу, которые понимают, что грядущее обесточивание «незалежной» действительно чревато серьезными рисками.

«СП»: — Когда Украина может столкнуться с прекращением поставок российского топлива?

— Я считаю, уже в 2018 году. Если, конечно, программа Гор-Черномырдин не будет в очередной раз продлена.

Добавлено: 13-05-2017, 14:02
71

Похожие публикации


Наверх