Глава ДНР готов к переговорам с Порошенко

Прямые линии — очень эффективное оружие информационной войны, — уверен заместитель главного редактора журнала «Новая земля» (г. Донецк, ДНР), постоянный эксперт Изборского клуба Новороссии Александр Дмитриевский.

— Когда лидер вступает в диалог с одной из противоборствующих сторон, вступает в диалог с жителями территории, подконтрольной противнику — это сильный ход, означающий моральное и психологическое превосходство над оппонентом. А также как минимум то, что ему не стыдно смотреть в глаза простым людям: обратите внимание, что прямые линии проводит Захарченко, а не Порошенко!

«СП»: — Захарченко заявил о готовности сесть за стол переговоров с Порошенко, если тот подтвердит готовность прекратить конфликт в Донбассе. При этом сам же заявил, что конфликт закончится не раньше, чем сменится власть в Киеве. Как понимать это противоречие?

— А может не будем искать противоречия в словах главы ДНР? Как минимум потому, что в его словах нет противоречий: заявления о готовности встречи при условии готовности прекращения конфликта относятся к области языка дипломатии. И означают они только то, что любые шаги со стороны народных республик Донбасса возможны исключительно в случае взаимных шагов с украинской стороны. Другое дело, что Украина демонстрирует вопиющую неготовность к участию в разрешении конфликта, а уж нынешняя киевская власть точно не стремится к урегулированию проблемы.

«СП»: — Насколько верны слова Захарченко, что со сменой власти на Украине закончится война? Кто должен прийти к власти в Киеве в таком случае и насколько это вообще возможно?

— Сформулируем вопрос по-другому: что является непременным условием прекращения войны? Правильно, желание обеих сторон договариваться. А если Киев упорно не желает садиться за стол переговоров? Тогда надо сменить руководство на такое, которое согласится искать компромиссы. Проблема лишь в том, что без вмешательства во внутренние дела Украины осуществить нужные нам перестановки в высоких кабинетах пока не представляется возможным. Для того, чтобы это случилось — нужно осознание украинским народом пагубности нацизма. Как скоро это произойдёт — не будем гадать. Важно лишь то, что это произойдёт обязательно.

«СП»: — По словам Захарченко, у ДНР нет конфликта с народом Украины, только с преступным режимом в Киеве. Так ли это? Есть ли у жителей ДНР осознание этого, не возникло ли неприятие всего украинского?

— Безусловно, на официальном уровне у ДНР нет конфликта с украинским народом. И не может быть: Донбасс воюет не с народом Украины, а с бандеровским нацизмом. Но есть ещё уровень простых граждан, и здесь всё куда сложнее: своей карательной операцией Украина вряд ли могла снискать их симпатии и любовь к себе. В то же время столкнуться в Донецке и Луганске с открытой украинофобией весьма сложно: украинские язык и культура не преследуются, но без тех дотаций, что выделялись Киевом до войны они просто превратились в откровенный маргинез. Какая может быть неприязнь к маргиналу? Разве что в форме брезгливости, подобно той, которую испытывают пассажиры переполненной подмосковной электрички к представителю деклассированной общественности, нагло развалившемуся на сиденьях и «благоухающему» своим «амбрэ» на весь вагон…

«СП»: — Захарченко заявил, что нельзя отдавать Украину в руки бандеровцев. В то же время он говорил о том, что Одесса и Днепропетровск войдут в состав Новороссии. Так за что борется ДНР? За Украину без нацизма или за Новороссиию в составе восьми бывших областей? Или за Новороссию в составе Донбасса.

— Повторюсь: хватит искать противоречия там, где их нет! Уничтожение нацизма — главная и стратегическая задача борющегося за свободу Донбасса: без искоренения бандеровщины самоопределение Новороссии как неотъемлемой части Русского Мира и реинтеграция её в состав России невозможны. Оставить нацизм на Украине нетронутым равносильно тому, если бы СССР в 1944 году остановил бы Красную Армию на границах и отказался от освобождения Европы: раковую опухоль бандеровщины всё равно придётся удалять во избежание рецидива с метастазами.

А вот проживающий в Донецке историк и политический аналитик Роман Манекин смотрит на прямые линии более скептически.

— Захарченко — совсем не оратор. По своей генетике, воспитанию, реальному образованию он — типичный донецкий шахтер. Со всеми достоинствами и недостатками этой характеристики. Участвуя в прямых линиях с сопредельными территориями (кстати, поскольку общение транслируется в Интернете, территориальная привязка, разумеется, не имеет значения!), он в большей мере манифестирует собственную личность, нежели реакцию власти на текущие военные, экономические, социально-политические обстоятельства.

Почему Захарченко решил возобновить прямые линии с Украиной? Не знаю наверняка, конечно. Но отчетливо осознаю, что основным событием на 311% территорий бывших Донецкой и Луганской областей является введение внешнего управления на предприятиях бывших донецких олигархов: Рината Ахметова, Сергея Таруту, Виктора Нусенкиса, др. Введение внешнего управления не равнозначно национализации. Некоторые специалисты рассматривают этот процесс — а все его тяготы, в нынешних условиях, разумеется, лягут на плечи экономики РФ — как попытку давления на «донецкий клан», с целью содействовать его активизации на политическом поле Украины. Одним из аргументов в возможном диалоге с донецким олигархатом, быть может, является упоминание о гуманитарной помощи, которую оказывал фонд Ахметова «Поможем» донецким пенсионерам в течение прошедших трех лет. То есть, на самом деле, Ахметов выдавал донецким пенсионерам «гуманитарку» ровно на ту сумму, которую должен был платить в виде налогов Республикам, но в публичном пространстве деятельность его фонда позиционировалась как добровольная и благотворительная. То есть, Ахметов, как бы, «убивал двух зайцев одним выстрелом»: с одной стороны, занимался «продовольственной агитацией», а с другой — не ссорился с властями ДНР, оставаясь, в то же время, в поле легальности на Украине. Можно предположить, что Ахметов, или его представители, упомянули указанные потоки «гуманитарки» на одном из закрытых совещаний с властями РФ. И если это так, то становятся понятными, недавние указы Захарченко об оказании гуманитарной помощи жителям Донбасса, проживающим на территории подконтрольной Украине. А прямые линии, в этом контексте, выглядят в качестве необязательного дополнения к финансовым потокам. Агитация деньгами дополняется агитацией «спичами» — только и всего!

Есть гораздо более весомые обстоятельства, которые нуждаются в обговаривании, в этом контексте, на мой взгляд. Это — все более частые упоминания военных специалистов о том, что украинская армия, в общем и целом, готова к проведению военной наступательной операции в Донбассе, и такая операция может быть инициирована во второй половине мая. Я склонен доверять мнению специалистов. И, вместе с тем, совершенно уверен в том, что ВСУ, если решатся на штурм, потерпят очередное сокрушительное поражение. В преддверии «Минска-1» и «Минска-2» такого рода наступления случались. Однако «Мински» замораживали процесс, причем в крайне невыгодной для ЛНР/ДНР конфигурации, и что еще важнее — в условиях, когда украинские войска были разбиты и дорога на Киев, или, по крайней мере, к конституционным границам ЛНР/ДНР была открыта. Давайте надеяться, что Захарченко видит и эту перспективу и, в предвидении грядущих событий, готовит к ней население Украины. Такая мотивация возможна! Во всяком случае, она вполне вписывается в логику командного состава ЛДНР, насколько мне дано ее понять.

«СП»: — По словам Захарченко, у ДНР нет конфликта с народом Украины, только с преступным режимом в Киеве. Так ли это? Значит, примирение и будущее объединение в одном государстве возможно?

— Возможно ли объединение с населением Украины? Полагаю, возможно! В принципе. Например, в рамках единого государства от Чопа до Кушки. Не думаю, однако, что сегодня указанная перспектива является актуальной.

«СП»: — Сообщается, что украинские хакеры атаковали сайт, на котором транслировалась прямая линия главы ДНР. Уже не в первый раз. В Киеве так боятся прямых линий Захарченко?

— Откровенно говоря, не знаю, о чем идет речь. Возможно о заурядной DDOS-атаке. Но эта технология давно применяется на Украине, причем не только против политических оппонентов, но и в целях воздействия на конкурентов хозяйствующих субъектов. Достаточно вспомнить, скажем, о мощной DDOS-атаке, которой подверглись серверы правительственных организаций Украины в связи с закрытием популярного файлообменника. По сути, DDOS-атаки — заурядное Интернет-хулиганство. Разве мы не знаем, что основу современного украинского миросозерцания составляет сельский (хуторской) менталитет? Бытовое хамство, особая приверженность к уличной ругани, безответственность, лживость — отличительные черты менталитета указанного типа. Его особенности проявились в процессе прямой линии, с участием Захарченко? Я бы не стал искать в этом факте потаенный глубинный смысл! Хулиганство и хулиганство! А чему удивляться: речь шла об Украине!

Добавлено: 16-04-2017, 07:58
57

Похожие публикации


Наверх