Россия защитила Горбачева от суда

Ранее Генпрокуратура Литвы предъявила заочное обвинение бывшему министру обороны СССР Дмитрию Язову. Его, а также ныне покойных председателя КГБ Владимира Крючкова, главу МВД Бориса Пуго обвиняют в создании группы политиков и военных для возвращения Литвы в состав СССР.

Напомним, в марте 1990 года Литва первой из советских республик в одностороннем порядке объявила о независимости. Горбачев потребовал восстановить действие советской конституции на ее территории, после чего началось гражданское противостояние. В результате столкновения у телецентра погибло 15 человек.

— Где лауреат Нобелевской премии Горбачев и где простые смертные, такие, как мой муж? — удивляется супруга подсудимого Юрия Меля — Надежда. — Мне кажется, что литовская прокуратура хотела подогреть интерес к делу. Поэтому и запустили «Россию». Раз Горбачев уже признавал, что получил повестку, какой смысл вновь направлять ее через российские структуры? Связать это с Россией?

«СП»: — Может быть Горбачеву стоило согласиться, если не на приезд в Литву, то хотя бы на допрос по видеосвязи?

— Надо понимать, что формулировка литовского закона о «специальном свидетеле» — это не просто так. Есть большой шанс, что Горбачев из специального свидетеля потом превратится в обвиняемого. В принципе, они к этому и подводят. Кстати, документы, по которым был арестован мой муж, были не по Литве, а по всей Европе. Если бы Юрий поехал не в Литву, а в другую страну Евросоюза, его также задержали бы. Поэтому Горбачев при всех своих регалиях не хочет оказаться обвиняемым. Хотя они могут поменять ему статус и без его желания.

Да, и вряд ли показания Горбачева что-то изменят. То, что он говорил, то и будет говорить. Он же уже много лет говорил, что не посылал туда «Альфу». Надеяться на то, что сейчас, когда два человека сидят за решеткой, он изменит свои показания, наивно.

«СП»: — Расскажите, что сейчас происходит вокруг процесса и чем он может закончиться?

— 14 марта исполнилось три года, как мой муж находится в литовском СИЗО «Лукишки». Там же, кстати, сидит уже осужденный на пожизненное заключение бывший омоновец Константин Никулин-Михайлов. Второй подсудимый на нашем процессе Геннадий Иванов. Он сидит дома, под домашним арестом, потому что еще в начале 1990-х годах уволился из рядов Советской армии. Он оставил себе российское гражданство и проживал постоянно в Вильнюсе. Складывается впечатление, что отношение литовской Фемиды к ним разное.

Процесс идет очень энергично. Сейчас проходят по два-три заседания в неделю. События хорошо освещаются, постоянно пишет Delfi. Сколько времени будет идти суд — неизвестно, но есть версия, что хотят закончить до конца 2017 года. Чтобы успеть к 26-летию декларации независимости Литвы. Однако пока из 700 потерпевших в суде выступили только 250 человек.

А чем закончится все это… Показательно высказывание Витаутаса Ландсбергиса, как одного из ключевых свидетелей и человека, который дирижировал теми событиями. Он сказал, что не понимает, почему обвиняемых судят как «преступников», в то время как их надо судить как «военных преступников», и он будет их так называть. Что это значит? Одна из версий в том, что все эти стрелки у телецентра были его, Ландсбергиса, людьми и он хочет себя обезопасить на будущее.

«СП»: - Вы поддерживаете связь с представителями российского государства?

— Да, все эти годы мы были на контакте, но надо понять, что сейчас обновилась и Госдума, и местные власти. В парламенте прошлого созыва были люди, которые помогали. Из нового состава могу назвать только Сергея Шаргунова. Он писал о Юрии и в первые месяцы после его задержания.

Политический аналитик международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок считает, что судебный процесс по событиям в Вильнюсе нужен молодой литовской государственности для формирования национальной мифологии.

— Здесь, скорее, надо смотреть не с юридической точки зрения, а с точки зрения государственной идеологии и государственной легитимности. Ведь все три страны Балтии уходили из Советского Союза не просто под националистическими, но и под русофобскими лозунгами. В том числе, связанными с определенной интерпретацией истории сосуществования этих народов с Российской империей, СССР и в целом с русскими. У них это прописано в официальной идеологии, а дети учат со школьной скамьи, что их история — это история национально-освободительной борьбы против русских. Распад СССР и предшествующие этому события в Вильнюсе воспринимаются как один из последних аккордов этой борьбы.

Кроме того, литовская государственность достаточно молодая. У них не было в достаточном количестве крупных исторических событий, которые можно было бы включить в национальную мифологию. В этом смысле, Россия подходит, потому что она по-прежнему рядом, сильна и сомнений в том, кто для Литвы главный враг быть не может.

Если в России имя Горбачева ассоциируется с вольным, или невольным предательством национальных и государственных интересов, то в Литве он воспринимается, как человек, который хотел удержать прибалтийские республики в составе СССР, но у него это не получилось благодаря, конечно же, храбрости жителей этих территорий.

То, что Россия отказалась содействовать Литве по Горбачеву — неудивительно. Несмотря на негативное отношение к нему, отдать своего гражданина в страну, которая относится к нам плохо, это себе же делать хуже. Это значит и внутри страны и вовне показать себя неумеющими защищать собственных граждан.

Адвокат Дмитрий Аграновский не скрывая своего критического отношения к Горбачеву, также не видит нужды помогать Вильнюсу.

— Россия, как и большинство других государств, не обязана оказывать содействие в выдаче своих граждан, либо в явке их на допрос в другое государство. С юридической частью на этом можно закончить.

Что касается юридически-политической части, то в 1991 году на части территории России, СССР, что для меня одно и то же, была попытка государственного переворота. Скорее всего, Горбачев не имеет непосредственного отношения к событиям в Вильнюсе, как и практически ко всему, что тогда происходило. Допустив развал государства и пять лет этим занимаясь сам, он потом просто смотрел, как это государство разрывают на части. Действовать нужно было решительнее.

События в Литве способствовали разрушению и других частей СССР, потому что наши враги видели, что власти не могут действовать решительно, и практически сдались. Я считаю, что судить надо тех, кто противодействовал нашим силам правопорядка, а их нынешнюю власть я назвал бы временной оккупационной администрацией.

«СП»: — Этому есть и юридические основания?

— Конечно. В 1991 году распад СССР, страны-основоположника послевоенного мироустройства был абсолютно незаконным, не вписывался ни в какие нормы права. Это было надругательство над правом. Тем не менее, западные страны бегом признали обломки Союза самостоятельными государствами. Таким образом, они просто похоронили международное право. После 1991-го международного права не существует, существует только право сильного.

Горбачева считаю одним из самых страшных и, в то же время, жалких политиков XX века, поскольку на нем лежит прямая ответственность за разрушение СССР. Тем не менее, в данном случае Литве помогать нельзя, потому что это совершенно недружественное нам государство. Единственным его товаром сейчас является ненависть к России.

Добавлено: 3-05-2017, 15:58
99

Похожие публикации


Наверх